В нашей стране очень часто никто не замечает детали, которые лежат на виду, на поверхности, и которые на самом деле показывают истинную суть происходящего. Именно это мы сегодня вам и покажем. Именно эта система власти, построенная на коррупции, кланах, полном цинизме и лицемерии, не устроила Александру Мунтяну, которому Майя Санду подготовила роль статиста, обязанного прикрывать все это, брать на себя за это ответственность и при этом не иметь абсолютно никаких полномочий, чтобы на что-то повлиять.
За восемь месяцев Мунтяну осмотрелся, понял, как все устроено, был шокирован и осознал, что его используют. Конечно, он некомпетентен, часто выглядит смешно, но он не фраер, который видит, как вокруг все разворовывают, как королева управляет страной как собственным ООО, выжимая из этого ООО миллиарды, а он должен все это прикрывать и за все отвечать. Вы же знаете ее любимую фразу: «Я ничего не знала, это не входит в мои полномочия, за это отвечает правительство». В итоге премьер-тиктокер оказался не фраером и, что еще важнее, отказался стать простым членом мафии, на плечи которого должны были свалить всю вину. Абсолютно всю.
Итак, на прошлой неделе появилось уже широко обсуждаемое, по-настоящему уникальное интервью Майи Санду, которому прокуроры не уделили должного внимания. И понятно почему: если бы они честно и добросовестно выполняли свои обязанности, они должны были бы ждать Майю Санду у выхода из студии Pro TV с уже приготовленными наручниками. Итак, что успела сказать наша богатая и всеми любимая невеста, находясь в очевидном состоянии паники и истерики? Первое, что она признала, — это то, что Раду Мариан действительно приходил к ней с кандидатурой Вангели на должность директора MoldATSA. При этом она заявила, что не видит никакого личного интереса в действиях Раду Мариана, потому что, мол, это ему совершенно не свойственно.
Давайте я объясню вам, какую роль играют государственные предприятия в политической жизни Республики Молдова. Государственные предприятия — это приз для политиков, которые выигрывают выборы. Это как наследство, которое переходит от проигравшего к победителю. Это дойная корова, которая обогащает власть: кто у власти, тот ее и доит.
MoldATSA — лишь одна из таких дойных коров, причем далеко не самая крупная. Самые большие доходы приносят Moldtelecom, затем Energocom, Moldovagaz, аэропорт, Metalferos, у которого всегда был особый статус, Железная дорога, Poșta Moldovei, Registru, сегодня это ASP, Moldelectrica, Termocom, RED Nord, Franzeluța и еще множество более мелких предприятий. После каждой смены власти руководство этих предприятий сразу меняли, а на должности директоров назначали людей, которым максимально доверяли. В чем была роль этих людей, назначенных директорами? Каждому ставили ежемесячный план «взносов» — сколько он должен был передавать наверх. Поэтому новый директор должен был сначала выполнить план по ежемесячному «взносу», а уже потом не забыть и о себе.
Так вот, Майя Санду признала, что одним из таких доверенных посредников является Раду Мариан — тот, кто поставляет ей проверенные кадры для государственных предприятий. Потому что если бы она была честным человеком, как сама себя называет и кричит об этом на каждом углу, и к ней пришел бы председатель парламентской комиссии по экономике, бюджету и финансам с предложением назначить своего человека во главе богатого, многомиллионного госпредприятия, первое, о чем она должна была бы спросить себя: почему председатель парламентской комиссии, чьи обязанности — разрабатывать законы для проведения экономических реформ, приходит с предложением, которое не имеет никакого отношения к его полномочиям, и настаивает на назначении своего друга во главе прибыльного предприятия? Вопрос очень простой: почему он лезет в дела, которые не входят в его компетенцию? Ему нечем заняться? Он уже решил все проблемы экономики и финансов страны? Нет. Он использует свое влияние, чтобы проталкивать своих друзей на жирные и теплые должности. Обратите внимание: Майя Санду не видит в этом ничего плохого.
И еще один очень важный момент. Раду Мариан не предложил чью-то кандидатуру для обанкротившегося государственного предприятия, где был бы нужен антикризисный менеджер, человек, который своим управлением мог бы оздоровить предприятие, создать добавленную стоимость, увеличить поступления в бюджет и превратить его в одно из самых прибыльных и успешных предприятий государства. Нет. Такие предприятия Раду Мариана не интересуют.
А Майя Санду не видит здесь никакого личного интереса. Для нее это обычная ситуация. Это норма. Отсюда можно сделать вывод, что именно такие люди и нужны президенту.
Потому что Раду Мариан знает, кто на самом деле принимает решения о назначениях. Потому что Раду Мариан знает, кто отдает приказы, после которых, как по волшебству, воры и мошенники выигрывают конкурсы, а затем им отдают на разграбление миллионы государственных денег. Именно здесь Майя Санду и выдала себя, признав, что Раду Мариан пришел к ней с кандидатурой Вангели на это назначение. Этим заявлением она признала, что именно она является реальным центром принятия решений и что именно она назначает и увольняет чиновников такого ранга, несмотря на то что конституционные полномочия президента не имеют никакого отношения к таким решениям.
Другими словами, она присвоила себе полномочия, которые ей не принадлежат, сконцентрировав власть в собственных руках. Более того, она вывела из игры государственные институты и забрала на себя их функции.
Она построила систему, в которой сосредоточила на себе все решения. Систему, в которой ни одно назначение не может произойти без ее согласия или прямого приказа, и это хорошо известный факт в бюрократическом аппарате. Государственные институты не работают, они были выведены из матрицы принятия решений. Люди, которые по закону обязаны принимать решения, больше их не принимают, а люди, у которых нет никаких законных полномочий принимать эти решения, в реальности их и принимают. Разве это не та же самая модель, что и у Плахотнюка? Копия под копирку. Никто даже не потрудился придумать что-то новое.
Вот что значит захваченное государство. Когда больше нет институтов, нет разделения полномочий, баланса ветвей власти, системы сдержек и противовесов, нет институциональных фильтров, а есть только единый центр принятия решений, который моделирует всю страну под собственные интересы.
Над Майей Санду теперь навис риск потерять парламентское большинство, необходимое для назначения нового правительства и вообще для принятия законов, — это для нее настоящий кошмар. Она и так уже «хромая утка», чей мандат подходит к концу, а госаппарат будет проявлять к ней все меньше лояльности. Теперь же ее влияние начнет катастрофически снижаться. На наших глазах она теряет и электоральный вес, и политическое будущее.
Ореол святой иконы честности лопнул, как мыльный пузырь. И теперь ее ждет встреча с реальностью, хотя она так привыкла жить в атмосфере искусственного, во многом срежиссированного уважения и восхищения. Без сомнения, все это сильно повлияет на то, как ее будут воспринимать европейские партнеры. В отношениях появятся холодность и дистанция, останутся вежливые улыбки, но исчезнет прежняя любовь. Европейская бюрократия очень чувствительна к переменам в атмосфере и к тому, как меняется ветер.
Разрушен именно тот фундамент, на котором держалась электоральная сила PAS: вера в то, что Майя Санду не может ошибаться, что она святая. Мыльный пузырь лопнул, и его уже не склеить обратно. Вы когда-нибудь пробовали склеить лопнувший мыльный пузырь? Попробуйте.