Сегодня у нас всего одна новость или, скорее, одна крайне печальная констатация. Но здесь собрались не инфантильные люди, которые отрицают реальность, если она им не нравится. Лучше быть готовыми. Итак, в Молдове началась одна из самых масштабных волн подорожаний. Не знаю, сможет ли среднестатистическая молдавская семья ее выдержать. Нечто подобное мы уже видели в 2022 году, когда инфляция достигла шокирующих 30%. Но тогда кризис был непродолжительным.
Кроме того, в 2022 году кризис разворачивался на фоне того, что у людей еще были какие-то сбережения. Не как сегодня. Известный анекдот о том, что, когда у молдаванина заканчиваются деньги, он меняет 100 евро, — как раз про тот период. Кроме того, у государства тогда еще были ресурсы, и оно не было обременено дополнительным долгом в 100 миллиардов леев и ежегодными выплатами в 6,5 миллиарда только по процентам, как сегодня. Чтобы вы понимали: в отличие от 2022 года, в нынешний кризис мы входим, уже находясь в очень глубокой долговой яме. Спасибо партии и лично Майе Санду за это.
Чтобы понять происходящее: нынешний и предстоящий рост цен и тарифов — это сочетание двух факторов. Первый — рост стоимости энергоресурсов на мировых рынках. Второй — предстоящее повышение практически всех налогов. В нормальных странах, где у власти находятся ответственные правительства, подконтрольные обществу, во время мировых кризисов власти снижают налоги, чтобы смягчить удар от резкого роста цен по кошелькам граждан.
То есть нормальному и ответственному правительству на фоне роста тарифов из-за подорожания энергоресурсов не придет в голову еще и повышать налоги, потому что это неизбежно еще сильнее разгонит рост цен и непропорционально усилит его. В конце концов, одновременный рост тарифов и налогов, а вслед за ними неизбежный рост цен, для среднестатистической семьи в любой стране станет совершенно непосильной ношей. И ответственное правительство никогда на такое не пойдет. Если, конечно, это не молдавское правительство.
И вдобавок ко всем этим прелестям в четверг Национальный банк Молдовы поднял ставку до 9%, сделав кредиты дороже. К чему это приведет? Кредиты для предприятий подорожают, проценты будут заложены в себестоимость продукции — иначе быть не может. То есть в конечном итоге это еще один удар, подталкивающий цены вверх. А дальше все идет по классической схеме: подорожание товаров ведет к сокращению их потребления, сокращение потребления — к снижению объемов производства, а снижение объемов производства — к росту себестоимости единицы продукции, и в результате цены снова растут.
Но и это еще не все. Повышение ставки Национального банка сильнее всего влияет на рост доходности государственных ценных бумаг, то есть кредиты для правительства резко дорожают. Единственные, кто выигрывает в этой ситуации, — так называемые молдавские коммерческие банки, а на самом деле европейские, которые нереально на этом обогащаются. В результате расходы правительства на обслуживание долга вырастут с 6,5 миллиарда до 7,5 миллиарда или даже больше — и это только проценты. А потом снова выйдет Марчел Спэтару или Василе Тофан и скажет, что этот миллиард нужно откуда-то взять, потому что денег на пенсии и зарплаты не хватает.
Соответственно, мы снова берем очередной кредит, повышаем налоги — и так по замкнутому кругу до бесконечности. Точнее, до тех пор, пока у молдавского избирателя не появится определенное сомнение: а что, собственно, происходит? Почему мне постоянно говорят, что у нас огромные успехи и совсем скоро все будет становиться только лучше, а на деле становится все хуже и хуже?
Теперь разберем каждый фактор отдельно. Никто не спорит с тем, что мировые цены на энергоресурсы резко выросли. Никто не спорит и с тем, что во многом это связано с Ормузским проливом. Но это совершенно не исключает того, что власти, исходя из своих коррупционных интересов, сделали все возможное, чтобы усилить эти последствия, а не смягчить их. Сейчас объясню.
Вернемся к европейской практике, о которой PAS так любит говорить. Во всех европейских странах газ закупают по долгосрочным контрактам. Это позволяет отсрочить эффект резкого скачка цен, получить скидку и сделать цену более предсказуемой, что дает экономике время адаптироваться и позволяет усреднить цену. И только недостающие объемы, так называемые «балансирующие», энергетические компании покупают на свободном рынке — как правило, у трейдеров, то есть спекулянтов. Но ребятам из PAS это невыгодно. Они покупают все объемы у спекулянтов. Нетрудно догадаться почему.
Даже министр энергетики Жунгиету в недавнем интервью признал, что, как только Energocom выходит с закупками на румынскую биржу, цены резко растут и Energocom покупает по верхней границе. Не будем сейчас говорить о мутной ситуации, как говорится у нас, с транспортировкой газа якобы из Нидерландов, которую они включают в закупочную цену. Вся эта ситуация показывает, что именно молдавский потребитель платит максимально возможную цену. Их не интересуют долгосрочные закупки азербайджанского газа. Их не интересуют долгосрочные закупки американского сжиженного газа с существенными скидками. Их не интересует алжирский газ. Их вообще ничего не интересует. Им нужен только спекулятивный газ от трейдеров, посредников и других сомнительных структур и лиц.
Только вот у кого трейдеры берут газ? У производителей? А потом кому продают его с наценкой? Молдаванам. И тогда вопрос: почему молдаване не покупают напрямую у производителей? Потому что молдаванам все равно, они за все платят и вопросов не задают. Потому что независимость дорого стоит, как когда-то объясняли нам трейдеры из PAS. Я уже не говорю о Vestmoldtransgaz, где командует кум Майи Санду Виктор Бодю. Компанию включили в механизм распределения газа в качестве совершенно искусственного посредника, и стоимость транспортировки сразу выросла ровно в два раза, хотя абсолютно ничего не изменилось. То есть те же трубы, те же сотрудники, тот же процесс, только Vestmoldtransgaz получает ровно в два раза больше, чем раньше получал Moldovagaz. А платим за все это опять мы. Мы рассказывали вам об этой схеме еще в 2024 году, если не ошибаюсь.
Но вернемся к закупкам. Рост цен на мировом рынке действительно создает объективные причины для повышения цен, но в случае Молдовы они значительно усиливаются мелкими корыстными интересами или полной безответственностью наших властей. А может быть, и тем и другим.
И теперь, когда они снова отправятся в турне по своим телеканалам и будут рассказывать вам про Иран, задайте им один простой вопрос: почему у Молдовы нет долгосрочных контрактов? Почему уже четыре года Молдова покупает самый дорогой газ в Европе исключительно у спекулянтов? Я на 95% уверена, что все это делается ради откатов. И это понимает любой человек, который хоть немного разбирается в энергетическом рынке. А специалисты просто хватаются за голову, когда слышат о молдавском случае.
Теперь переходим ко второму фактору роста цен — к налогам. Прежде всего удивляет, что господин Тофан, который позиционирует себя как компетентного экономиста, при экономическом росте в 0,6%, причем эти 0,6% были сформированы за счет увеличения налоговых поступлений, вообще может говорить о повышении налогов. Любой хоть сколько-нибудь компетентный экономист скажет вам, что между экономическим ростом и повышением налогов всегда нужно выбирать экономический рост. А политик скажет ровно наоборот: если выбирать между тем, чтобы получить деньги здесь и сейчас, а дальше хоть потоп, политик всегда выберет здесь и сейчас.
Весь план реформ партии PAS состоит из одного пункта, и звучит он так: если есть проблема — берем кредит. Если проблемы нет — берем кредит, чтобы она появилась. Нужно, не нужно — они всегда берут кредиты. Кредитов много не бывает. А чтобы кредиты не так раздражали, они называют их помощью.
Обратите внимание, как PAS поступила с налоговой политикой. Сначала они объявили об очень жестком и радикальном повышении налогов, проверили реакцию общества — а она оказалась крайне негативной, — после чего сделали шаг назад. И на этом фоне уже правительство Тофана стало выглядеть более умеренным, адекватным и не таким радикальным.
Но суть осталась прежней: совершенно точно они будут действовать поэтапно — сейчас повысят на одну величину, а завтра-послезавтра снова поднимут до тех параметров, которые озвучивало правительство Мунтяну. Это неизбежно. После того как мы привыкнем к новым повышенным налоговым ставкам и они станут нормой, ставки снова поднимут. В значительной степени они этого даже особо не скрывают. То есть нам нужно готовиться к долгому, затяжному периоду подорожаний. И, к сожалению, у этого правительства нет никаких других идей, кроме как брать кредиты и повышать налоги.
Что мы можем сделать, чтобы предотвратить глубокое обнищание и банкротство страны? Скорее всего, ничего. Оппозиция говорит о протестах. Но, как показала практика, наш народ, даже доведенный до отчаяния, не готов выходить на протесты.
Но даже если предположить, что люди выйдут на протесты, властям до них совершенно нет дела. Это их вообще не интересует. Они отгораживаются полицейскими кордонами, и им абсолютно безразлично, чего там требуют люди. Им абсолютно все равно. Повторяю, они прекрасно понимают: чем дольше они игнорируют протестующих, тем меньше людей придет на протест на следующий день. Единственное, чего они боятся, — это бунта. Когда народ берет камни и палки и идет бунтовать. Примерно, как это было 7 апреля. Но настоящих буйных мало, вот и лидеров нет. Поэтому предотвратить сценарий роста цен сегодня, похоже, уже невозможно. Никак. И мой лучший совет людям — затянуть пояса и постараться хоть как-то минимизировать влияние роста цен на ваши кошельки.
К сожалению, такова реальность. Мне, как человеку, который привык бороться и идти против обстоятельств, крайне грустно это говорить. Но я не могу вас обманывать и говорю, как есть. Нужно готовиться к худшему: нас ждет самый продолжительный период роста цен. И повлиять на это мы с вами уже никак не можем.
Как проголосуют граждане, так и будем жить.